Часть текста отсутствует.

Читаю книгу "От Милана до Рима", и все время хочется ее читать с другой стороны, у меня же будет все наоборот, но в самом деле, надо взять себя в руки, а книгу тоже, в те же руки, и слева направо, мы же не в Японии или это не Кортасар. Миланцы ходят быстрее, чем римляне. У умершей Джульетты есть свой секретарь, который отвечает на послания ей в Вероне.
Так получитлось, что в последнее время я посмотрела 3 фильма, в которыйх фигурируют сумасшедшие женщины. Одной даже дали Оскар за эту роль. Это Пенелопа в "Вике.Кристине.Барселоне" Вуди Аллена. Вторая - девушка из "Комнаты в отеле" Линча. И только третья не вызывала сомнений в ее схождении с ума, в ее паранормальности, в ее неконтролируемости, ее взедозволенности. Шарлотта Генсбур в "Антихристе" Триера. Она получила каннский приз за это. А Триер ничего не получил. Это он в нее заселил дьявола, это он ее всему научил, как учил всех своих актеров становиться чем-то большим, чем людьми. Ну да ладно, он наверное сейчас глотает красную икру и запивает водкой, как он делал когда-то в "Пяти препятствиях" и думает о том, как снять новый жанр. Драмы были, комедия была, триллер вот на днях, теперь... мюзикл! Ну нет, он полуил что-то. Он освободился от своих страхов, он выплеснул свои фантазии на экраны, и к чему бы не притронулась его рука, к триллеру ли, слезной драме, к чему угодно, он сделает это ужасней и гениальней. Мама прочитала книгу его интервью и вывела, что он сумасшедший. Я не буду это читать, чтобы прилагательное за ним в моем сознании первым всегда стояло гениальный, а только потом сумасшедший. Я лучше буду читать "От Милана до Рима"...

в арке дома номер 30 по Скатертному переулку Леша, Терентьев, Лунгин, Белорус, Никитина, еще всякие прекрасные и театральные люди будут показывать какое-то странное действие под названием "Спектокль", где что-то вроде литературной основы - "Контрабас" Зюскинда.
Вообще я за них не ручаюсь, но судя по подслушанным обрывочным фразам из их обсуждений должно быть интересно.
Вход свободный и для всех.
Заглядывайте!

...а ночью этого же дня мы с Е., О. и С. отправимся на Соловецкие острова.

В Москву приезжает Павич, и что с этим делать, непонятно. Идти и толпиться около него, заглатывая каждое его сербское слово, произнесенное в миллионный раз за всю его огромною жизнь, но, возможно, в Москве оно прозвучит впервые. И вот, стоять, выглядывая из-за русских голов, хранящих цитаты из Хазарского словаря, сербского и других, и пытаться поймать первому это его слово, в мгновение ока перевести на свой, родной язык, и жить дальше.
Я уже повидала одного своего сербского кумира живьем, совсем близко, и что... его белые ноги и грустное лицо видятся теперь мне в каждом из его фильмов, и, надо сказать, лучше бы остались они тогда навсегда там, на Мокрой горе, и не перебирались бы в мое сознание.
А еще в Москву приезжает Ману Чао, и... в этот же день. А Radiohead никогда не приедут. И что со всем этим делать, тоже непонятно. В Москве такое множество всего, и больше ее только Мехико, и что, если ходить всюду, это можно с ума сойти. А если никуда не ходить, то тоже сойдешь с ума. Вот, я сейчас читаю статьи Андрея Белого, и он точно сумасшедший, и это уже не от событий, а от самого себя. В общем, единственный выход - периодически отсюда уезжать самому. Тот же Белый ездил читать "Саламбо" на Тунисский залив. А мы с Егором придумали поехать зимой в Аргентину. Егор - танцевать, а я так, за компанию.

Билеты куплены, я прилетаю в Рим 24 июля и улетаю из Милана 25 августа.
Примерно 770 часов или 46080 минут в Италии!
Подобно тому как любишь всю жизнь одного мужчину, находя его во многих, как в одном рассказе у одного сербского писателя, так и город всю жизнь любишь один на свете. Мой город точно в Италии, а вот какой... останется ли им Венеция, или им станет Милан, Верона, Бреския, Флоренция, Сиена, Терни, Рим или Неаполь.
На поиски городов, запахов, домов, ветров, людей, жестов, комедии дель арте, разлитой по всей Италии, кулинарных шедевров, деталей, тонкостей и того итальянского, чего не найти в Москве, России, интернете, снах и воображении, отправлюсь я с нетерпением.
В работе по реконструкции у меня написалось "Голубонебый Рим без облаков". Но, то время было во втором веке до нашей эры, а Гоголь писал, что небо у Рима серебряное, но это в девятнадцатом веке, в общем, неба - это очень интересно.

А пока будут Чеховский фестиваль, Холмы, Переделкино, потом Архангелск и Соловки, Санкт-Петербург...
А картинка просто так.

Улица Los Perros - Улица Псов, выходит на набережную, на кошачий поворот. Но это уже наше название - коты со всего Торремолиноса сбегаются сюда, потому что здесь рыбаки закидывают удочки в Средиземное море и делятся уловом с черными, вытянутомордыми кошками, поджидающими этого.

А на этой самой Los Perros находится лучший ресторан Las Albarizas. Здесь люстры - вытянутые пузатые бутылки, закапанные воском, картины - сцены из Торреро, огромные керамические бадьи для Гаспаччо и Сангрии, бочки вина, все в испанском вкусе и со вкусом неимоверным.

Но это в ресторане, а в каждом хоть сколько-нибудь большом доме, включая музеи, здесь внутренний дворик, порой и с фонтаном посередине. От такого расположения обходишь все комнаты, возвращаеясь на то же самое место.

Самый лучший тому пример - университет в Севилье, бывшая табачная фабрика, где работала Кармен. У него таких двориков несколько, студенты сидят, прислонившись к колоннам, курят, созерцая фонтан и друг друга.

Другое учебное заведение, случайно найденное - школа драмы в Малаге. Там я подружилась с режиссерами, у которых на следующей неделе экзамен по системе Станиславского.

Вот как все перекликается, и весь спектакль Вырыпаева "Объяснить" про невозможность понять другой язык, другую нацию, а если шире, то и просто рядом сидящего для меня только в какой-то маленькой степени справедлив.

Я не знаю испанского, но я понимала то, что люди хотели мне сказать, я не знала, куда идти, и ноги сами приводили меня туда, куда следовало.



Например, к Движущимуся человеку. Скульптура Moving Man Балкенхола из Гамбурга, напротив Центра Современного Искусства в Малаге. Как всегда, все самое выразительное и глубинное выходит у немцев, не считая, конечно, их языка.

А в этом самом центре была выставка Кабаковых Under the Snow. Очень было странное впечатление смотреть на картины своих соотвечественников, где 90% занимает нарисованный снег, в солнечной Малаге, в окружении темных испанских смотрительнец музея, понятия не имеющих, что на самом деле такое "под снегом".

И здесь опять же эта тема непонимания. Но раз директор центра пригласил Кабаковых сделать выставку, значит, он же вник в русский снег. Наверное.

Мне хочется верить, что и мы тоже, хоть как-то, по-русски, по-женски, но смогли вникнуть в эту непохожую на нашу родину Андалузию.

V4era my posetili Mercadiliu, mestnyi Mark. Nahoditsya on ryadom s arenoi dlya boya bykov. Sei4as boya prohodyat tam redko, zato prodavcy i pokupateli umelo boryatsya ne huze torreodorov i ih protivnikov za cenu, ne smotrya na 4astoe razli4ie yazykov. My poboroli negrityanku, prodavav6uu platya dlya Flamenko s 15 uero do 8-mi. Teatr na4inaetsya s ve6alki, a tanec - ne s platja li? Zavtra my planiruem otpravitsya na rodinu etogo strastnogo tanca, v Sevillu na skorosti 200 km v 4as!
A v Malage my shodili v 2 muzeya Pikasso - dom, gde on rodilsya i prosto ego muzei. My stali fanatami ego grafiki, a esche ego portretov golubei. V raznye periody zizhni on risoval ih po-raznomy, i ya dumayu, mozno daze ocenivat vse ego tvor4estvo po golubinym parametram. A ptic etih zdes mnozestvo, est takie, kotoryh ne otli4i6 ot serenkih moskovskih, a est takie porodistye, andalusskie, bezevye pizony, odin polubil tusovatsya u nas na balkone.
Nu vse, poidu zagorat))) Vsem hola, i... my vam kupili klassnye suveniry!!!

Itak, my v Andalusii. Teplota, uznaya krasota, 4ernota kotov o4arovyvaet nas, moskovskih ziteley. Sredizemnoe more pustynno - voda prohladnaya, i eto otli4naya otgovorka prosto sidet na beregu, chtoby more periodi4eski zalivalo svoei sredizemnomorskoy prohladoi nogi i 4itat piesy iz spiska Yakubovskogo, k sozaleniu ne ispanoyazychnye. Po ve4eram zdes ispancy i ispanki rassekaut dlinnus4uu nabereznuu na rolikovyh konkah, a my idem na vstre4u i slegha zaviduem im. A voobs4e, eto naipriyatnej6ee 4uvstvo os4us4at sebya otdyhaus4im sredi etogo ispanskogo mira s ne na 4to ne pohozim andalusskim stilem, a takze vetrom s morya. Vsem hola!

6го мая мы с мамой отправляемся сюда, на родину Пикассо и фламенко на 10 дней или на полгода, как получится.
Испанцы же теперь выдают визы на 6 месяцев!

ТеатровеДУШКИ подарили мне бутербродницу, как на Пушкинской-10. Теперь буду изготавливать бутерброды с бананом и шоколадом, радуясь и радуя своих собутербродников!
А мама покупала много виски на работу, и за столь большие покупки Хеннеси ей вручил часы в подарок. А они такие, брутальные, массивные, и светятся красным в темноте. Но самое в них замечательное - часовая стрелка просто ходуном ходит. Вот и ломаю голову, то ли "стоп машина", как сказал Пушкин у Хармса, то ли практически как пел Том Уэйтс, "Piano is drunken, not me". В любом случае эти часы самые правдивые, ибо они отражают одновременно и всю пошлость нашего времени (своим видом) и всю условность (этой своей стрелкой).
А Андрей подарил мне еще дааавным давно Зенит, а он в Крыму сломался, ниже то, что он успел снять до несчастья. Нет ли у вас знакомых, разбирающихся в зенитных проблемах? Кажется, что-то с зеркалом...

У нас доброе утро в Харькове, на Бабкина мы так и не сходили (отговорили, ибо тот спектакль - не лучший), ну и хорошо, люблю я пожить без театра. Зато мы посмотрели капустник, изготовленный специально для нас, и чувствовалось такое тепло от него, что было здорово и приятно. Еще Харьков - город сэкондов. Тут неимовероное их количество на один гектар. Мы зашли в штук пять, и купили всякого, а цены тут на вес. По пятницам - 50 гривен за килограмм. А обедали мы в кафе "Париж", и это было замечательно. Кухня прекрасна, а интерьеры еще более прекрасны. Там куча залов, мы были в том, где столики располагаются на лестнице, потолок навеное метров шесть, и до его начала огроменный стеллаж во всю стену с книгами и всякой другой французкой атрибутикой. И это такое признание в любви Парижу, и не на украинском, а на его родном языке. Режиссер Лола сказала, что место это буржуйское. Это единственное, в чем я не согласна с этой потрясающей девушкой. Все, мы идем покупать сало. 

Мы тут в Харькове, тут потрясающе, сейчас пьем сливовицу в коммуналке с оргомными потолками, я в восторге от харьковских режиссеров. Выступить я уже выступила, все, гора с плеч, хочу во Львов поехать. Завтра пойдем смотреть театр 19, где Бабкин играет.

Что может быть абсурднее ТЕАТРОВЕДЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ В ХАРЬКОВЕ?
Только ее тема: Диалог сценической практики и ее отражения.
Завтра мы отправляемся туда, и зачем, кому и почему все это нужно, не совсем ясно. Но вот Коля, закатывая глаза, говорил: "Мы тааааакое в общаге по ночам делали в Питере" (на очередной театроведческой конференции). Надеюсь, что и в Харькове что-нибудь произойдет таааакое или хотя бы какой-нибудь хоть днем, хоть ночью. Эх. Гривны. И Украина, любовь моя. Надеюсь, она не поглотит меня, и я не задержусь там. А так хочется.

Международный Женский День миновал, но до сих пор тепло вспоминается, хотя праздновали мы его задолго до наступления. С Люсей после фильмов в Доме Кино, мы решили забраться по потайной лестнице. На последнем этаже из-за двери слышалась душевная советская попса и мы, решив, что это старые кинематографисты празднуют 8 марта, поставили себе цель во что бы то ни стало зайти к ним на огонек. Дверь была заперта, и старые кинематографисты не слыхали наших юношеских стуков. Тогда мы обошли по другой лестнице, и, о чудо, оказались перед дверьми в ресторан. Были все свои. Но все свои были изрядно выпившими, и приняли нас за приглашенных. Мы пустились впляс, и после первого же танца заработали медальки "Самой веселой гостье". Стало скучно, и, спрятав под пальто полную бутылку Мерло, мы отправились гулять дальше и чуть не уехали в Минск.
Так проходят будни театроведов, в то время как фотографы покупают в магазине Самбуку и крадут огурец и кофе. Не будем называть имен, назвав лишь остроумные поступки. Воровать идеи и цитаты нехорошо, а все остальное, материальное, понемногу и осторожно, почему нет.
Недавно я подумала, что, вот бывает, говоришь себе: "Никогда больше не буду... то-то". А потом берешь и снова это "то-то" делаешь и делаешь. И это не потому, что ты такой необязательный, просто срок "никогда" окончился.

Шапки - одни из самых оживляющих в мороз. У меня прошли времена, когда я прятала шапку в почтовый ящик по выходу из дома, чтобы не таскать ее не то, чтобы на голове, но даже в сумке. Это ничего что она молодит, даже, я бы сказала, детскит, она же греет и веселит. Чем придурковатее, тем лучше. Сегодня придурки вообще в моде. Это и эрц-герцог в Макбете на Рижской и Коля Воронов на Касио. Катина шапка с клубничками с Марка, данная поносить, есть у меня. Теперь еще есть обмененная фиолетовая шапка Паши на мою тоже фиолетовую со Староконного. Канамэ приехал без шапки, и мы ему подарили мою красную подросковую ушанку, но она ему очень идет, да и вообще до сих пор классная. А он ее не носит. Вот они, японцы, ничего в шапках не понимают. А еще я помню как в Сербии баски давали всем мерить свои национальные черные беретки-блины, и мы все охотно мерили и фотографировались. Вот любят люди себе класть чего-то на голову и ржать над этим. Вот Меркьюри с бананом на башке, например. А не пытаемся ли мы этим скрыть свой ум, мысли, вообще скрыться, надвинуть шапку на глаза, и чтобы ни ты не видел, ни тебя. Так или не так, а я бы лучше головами поменялась. Так, на время.

ИСТОРИЯ ПРО ТАМОГОЧИ.

Как и положено, в детстве мне подарили Тамагочи. Желтый. В нем жил, рос, питался и какал, заболевал и выздоравливал Динозавр. Он дорос до большого состояния, но однажды что-то с ним приключилось и он скончался. На экранчике появилсь могилка, плохо, но узнаваемо прорисованная черными электронными точечками. Что было мне делать. Я положила его в полиэтиленовый пакетик и закопала в землю около летнего душа на даче. Прошло несколько дней, приехала мама, и я решила его откопать, чтобы мама оживила моего динозавра. Но в разрытой могиле пакетик был полон воды, а Тамогочи влажен и вокруг были червечки. Расстройство от невозможности оживления было большим, чем от ухода в мир иной. Так в этом мире вымиршим динозавром стало на один больше.

На улице минус
д автобусы не ходят, тетки в госучереждениях лютые, не смотря на то, что только что у них
в был обед на час с лишним. Оказывается, паспорт надо делать в ЖЭКе, а не в милиции, и вот я
а хожу туда-сюдапо району Ново-Переделкино, а в это время снег заваливается в калоши под
д валенки и превращается в лед прямо там. Приглашение иностранным гражданам - целая морока,
ц да еще делать его можно только сроссийским паспортом, а заявления по понедельникам не
а принимают. ну а что, как в музее. как все чудным образом взаимосвязано. Ну что у нас за
т страна такая. Я понимаю всех граждан, отчаянно сидящих в кабинет номер 24, где принимают
ь документы на загранпаспорта. Зато Стас Подлипский не унывает, и творит свое сумасшедшее творчество в теплой и колоритной Одессе, и это одно из немногих, что утешает меня в данной ситуации. Хотя, говорят, недавно он подался в Москву, и даже где-то был концерт. Держу пари, станет известностью. А пока - популярный одесский андерграунд.


Спасибо ban4a 

Вот мы и вернулись, недавно с поезда. Поезд - это волшебное временное место, подобное порогу дома или триумфальной арке. Если я когда-нибудь собирусь снимать фильм, то он будет в поезде. Проводники - либо безлики либо столь же колоритны, и обычно последнее присуще украинцам, я их обожаю.
А путешествие вышло замечательным, мы перемещались из одного города в другой и третий быстрее чем доехать из центра до Переделкино. И все города со своим запахом, своей атмосферой и своими людьми. А люди - это вообще одно из самых интересных пунктов в пути, именно они создают настроение и отношение ко всему окружающему. Изучать двадцатислишнимгодовых людей порой занимательнее, чем многотысячелетние горы. Наибольшие впечатления от людей, пожалуй, у нас от бахчисарайцев и керчанинов. А обахчисараевшийся Паша сопровождал все наши скитания по телефону благодаря услуге оператора Лайф, где абоненты могут переговариваться между собой бесплатно, в каком бы городе Украины они не находиились, и никаких тебе роумингов. Керчанки потрясли меня своей красотой, черные волосы с черными глазами и идеальными овалами лица походят на гречанок или итальянок. Слегка потолстевшие от замоской роскоши и потерявшие некоторую часть московского акцента, мы снова в этом большом городе, и как же не хочется передвигаться по метро и вообще быть москвичом. Всем привет, надо увидеться наконец.

За это время мы успели побывать в Коктебеле, и в этом городе, пожалуй, больше всего ощущается отстутствие лета. Все кафе заброшены, море заходит на территории пляжных зонтиков, и только мужчины, выгуливающие собак могут повстречаться на пляже. Это запустение только украшает душевный Коктебель. А в Керчи никакого запустения, а наоборот, процветание. И город сей, наистарейший  в Украине, прекрасен. Люди, милиционеры, достопримечательности, дома, кафе - все здесь вызывает наш восторг. Скоро в Москву. Там будет театр. Здесь театры тоже есть, да, целых два. Один античный, другой имени Пушкина. Но ни в одном нет труппы, четвертого числа приезжает Мариинка. Жаль, мы не застанем...