Часть текста отсутствует. - События.

В Москву приезжает Павич, и что с этим делать, непонятно. Идти и толпиться около него, заглатывая каждое его сербское слово, произнесенное в миллионный раз за всю его огромною жизнь, но, возможно, в Москве оно прозвучит впервые. И вот, стоять, выглядывая из-за русских голов, хранящих цитаты из Хазарского словаря, сербского и других, и пытаться поймать первому это его слово, в мгновение ока перевести на свой, родной язык, и жить дальше.
Я уже повидала одного своего сербского кумира живьем, совсем близко, и что... его белые ноги и грустное лицо видятся теперь мне в каждом из его фильмов, и, надо сказать, лучше бы остались они тогда навсегда там, на Мокрой горе, и не перебирались бы в мое сознание.
А еще в Москву приезжает Ману Чао, и... в этот же день. А Radiohead никогда не приедут. И что со всем этим делать, тоже непонятно. В Москве такое множество всего, и больше ее только Мехико, и что, если ходить всюду, это можно с ума сойти. А если никуда не ходить, то тоже сойдешь с ума. Вот, я сейчас читаю статьи Андрея Белого, и он точно сумасшедший, и это уже не от событий, а от самого себя. В общем, единственный выход - периодически отсюда уезжать самому. Тот же Белый ездил читать "Саламбо" на Тунисский залив. А мы с Егором придумали поехать зимой в Аргентину. Егор - танцевать, а я так, за компанию.